hetalia: detestable letters

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » hetalia: detestable letters » .остров "Восточный" » Квартира Феличиано (+ Ловино)


Квартира Феличиано (+ Ловино)

Сообщений 1 страница 29 из 29

1

Достаточно просторная и дорогая съемная двухкомнатная квартира. Большинство обстановки уже было в квартире, когда Феличи заселился, но некоторые мелочи, для создания уюта и домашней обстановки итальянец купил сам. Столь неразумные и внушительные затраты на жилье обусловлены тем, что Феличиано не планирует оставаться на этом острове надолго, а потому расчитывает, что имеющихся денег у него хватит на проживание в такой квартире.
http://s006.radikal.ru/i214/1104/24/9c4ca5662128.png

+3

http://s005.radikal.ru/i211/1104/20/0cc11ca37fdc.png
http://s57.radikal.ru/i158/1104/d8/acfa37747135.png
http://s52.radikal.ru/i138/1104/85/65a012b3e371.png

0

2

-----------> Рынок

Петляя по переулкам и сворачивая так, чтобы не сбиться с намеченного пути и не попасть в тупик, Феличиано подбирался все ближе и ближе к дому, иногда оглядываясь, чтобы проверить на сколько быстро его догоняет Романо. В том, что его всенепременно догонят, рано или поздно, итальянец не сомневался. Бегали они с братом всегда хорошо и вообщем-то наравне, но в последнее время старший Варгас ввиду определенных обстоятельств хорошенько подтянул свою физическую форму, и Феличи стал опасться того, что теперь ему с братом не тягаться. Но сегодня в планы младшего Варгаса не входил мордобой и выяснение отношений, ему надо было спокойно подумать как решить эту ситуацию.
Хоть бы не догнал, хоть бы не догнал...
Подбежав к нужному дому и ловко, хоть и достаточно запыхавшись, взбежав по лестнице на второй этаж, итальянец стал судорожно искать по карманам ключи. Он очень нервничал, и звон упавшей связки был вообщем-то предсказуем, но в повисшей тишине казался оглушающим. Ладони Феличи дрожали, он чертыхнулся себе под нос и поднял ключи.
- Давай же, черт тебя подери... Открывайся!! - дергая дверную ручку, Феличиано беспокойно поглядывал на лестницу, ожидая что брат вот-вот появится, но дверь наконец-то поддалась и открылась. Итальянец ввалился в квартиру, на ходу рассыпая из пакета овощи и фрукты и, не вынув по неосмотрительность из замочной скважины ключи, захлопнул дверь, затем, прислонившись к ней спиной, облегченно вздохнул.
- Кажется... я в безопасности... - пробормотал Феличи себе под нос, обнимая колени.

0

3

//Рынок//

Лабиринт улиц, похоже, и не собирался заканчиваться. Ненаглядный родственник умудрялся петлять по ним так, что остановись Романо сейчас, мог бы с уверенностью сказать, что заблудился. Не очень-то он и хорошо ориентировался на незнакомой местности, и в запале даже не обращал внимания, куда же они бегут. Сейчас он преследовал только одну цель, и тот факт, что он вполне может забрести черт знает куда и упустить-таки брата из виду, парню, видимо, был глубоко по барабану. В какой-то момент ему казалось, что он вот-вот его настигнет, но младший Варгас тут же в очередной раз куда-то сворачивал, заставляя Ловино разразиться новой тирадой ругательств. Но по крайней мере, он не терял брата из виду, а значит, рано или поздно кто-то из них все равно вынужден будет остановиться. И сицилиец был уверен, что это будет не он.
Он почти угадал. Феличиано, наконец, достиг одного из домов и довольно шустро забежал внутрь. Не особо задумываясь, Ловино рванул следом, уже понимая, что тот сейчас преспокойно скроется в одной из квартир, и черт его знает, в какой именно, в этом доме квартир, похоже, была уйма. Наверху, совсем невысоко, звякнули ключи, как он мог понять, этаж второй-третий, не больше. Парень рванул по лестнице и еще успел увидеть захлопнувшуюся буквально перед его носом дверь. «Cazzo! Да чтоб тебя!» Со злости он даже хорошенько треснул кулаком по так некстати появившейся двери, и едва не взвыл от боли. Да, давно пора было выучить тот немаловажный факт, что двери кулаками он ломать не умеет. А вот кулаки дверями, это запросто…
- Бастард! – зло начал он, надеясь, что его и за дверью достаточно хорошо слышно. – Я что, приехал сюда с тобой в салочки сыграть?! А ну открывай! Я эту чертову дверь по кусочкам разберу! И уж мне бы очень не хотелось возвращать матери любимого сына в синяках, так что открой по-хорошему, Феличиано!
Выдохшись, старший Варгас и сам рухнул тут же, прислонившись спиной к стене и вытянув ноги. Что и говорить, этот забег его порядком утомил. Да и ситуация, похоже, складывалась сложнее, чем он ожидал. Кто бы мог подумать, что этот наглец осмелится сбежать! Ну уж теперь-то бежать некуда. Оставалось только как-то «выкурить» его оттуда. Однако, вновь переведя взгляд на дверь, парень заметил то, на что поначалу не обратил внимания и невольно глухо рассмеялся, прикрыв глаза рукой и более-менее выпуская напряжение. «Нет, ну что за идиот!» То, что сам Ловино буквально пару минут назад ломился в почти открытую дверь, он, конечно, признаком недалекого ума не считал, как же можно. Но вот сейчас, когда одна из проблем так легко разрешилась, он уже не торопился, искренне полагая, что скрыться уже негде и ожидая «вступления в переговоры».

0

4

Едва только Феличиано вздохнул с облегчением, как сперва раздался весьма красноречивый удар в дверь, а затем и возглас. Такой знакомыс с самого детства. Сердце в груди итальянца снова принялось бешенно колотиться, парень вздрогнул и с ужасом взглянул на дверь.
О нет... догнал... все-таки... Может быть, если я буду молчать, он подумает, что ошибся дверью и уйдет? Черт... но это так подло... он ведь мой брат...
Теряясь в сомнениях и мучимый совестью, Феличиано беспокойно покусывал губу и теребил четки на запястье. Мысли никак не хотели приобретать больше логики, и в голову не лез ни один достойный ответ. Поняв, что молчать и ждать, пока брат уйдет - совсем не вариант, итальянец робко подошел к двери и взялся за ручку.
Что же я ему скажу? Я твердо должен дать ему понять, что домой не вернусь... А если он захочет увезти меня силой? Не дамся... Точно не дамся, я должен найти дедушку, я знаю, он жив...
Замок щелкнул, и Феличи аккуратно приоткрыл дверь, но не распахнул ее до конца, все же пускать брата в дом, даже подсознательно, он опасался, надеясь, побыстрее разобраться с этой дурацкой ситуацией.
- Ciao, Романо... - негромко проговорил итальянец, лишь мельком взглянув на брата и несколько виновато отведя взгляд в сторону.
Так, скажу ему сразу.
- Я не поеду домой! Поэтому можешь уходить! - проговорил Феличиано, но уверенность в голосе все-таки дрогнула, уж очень рассерженным выглядел старший Варгас, да и не смотря ни на что, Феличи всегда уважал старшего брата и даже привык его слушаться. Но сейчас был совершенно особенный случай, впервые за долгое время, младший Варгас принял собственное решение и отступать от него не собирался.

0

5

Немного погодя, дверь все же приоткрылась, хотя впускать его, судя по всему, так и не собирались. Из квартиры выглянуло лицо брата и (о, господи!) поздоровалось. Пожалуй, в этой ситуации это самое гениальное, что он мог сказать. Ага, еще бы добавил «Come stai, fratello?*» О, учитывая недавние гонки по улицам города, сам Ловино мог бы найти массу хороших определений для описания своих «дел», кроме стандартных приличий вроде «Bene, grazie! Sono contento di vederTi!**». Парень скосил взгляд на брата, перевел на цепочку, все также удерживающую дверь от возможности полностью ее открыть и с досадным вздохом вытащил из кармана сигарету, чиркнул спичкой и в первый момент закашлялся. Курить старший Варгас начал сравнительно недавно, по-видимому, переняв все же эту занятную привычку от отца. Да и с его-то вспыльчивым нравом нужно было что-то, что могло бы его хоть худо-бедно успокаивать.
Сделав всего пару-тройку затяжек, Ловино затушил сигарету, надеясь, что это немного сбавит пыл, и поднялся на ноги. Неторопливо отряхнулся и подошел к дверям вплотную, так, чтобы в приоткрытую дверь его было достаточно хорошо видно. Вообще-то сицилиец честно надеялся на спокойный разговор, ну и, разумеется, на то, что этот ребенок не будет упрямиться. Но глупо же было на такое надеяться!
- Не вернешься, значит? – задумчиво повторил он вслед за Феличиано и недовольно свел брови на переносице. – Ты забываешься, дружок. У нас не та семья, от которой можно вот так просто отказаться, просто сбежав на какой-то остров! Ты итак доставил нам этими своими глупостями кучу неприятностей, еще повезло, что приехал за тобой именно я! - начавшаяся вполне спокойно речь под конец напоминала шипение, грозящее сорваться на очередной крик. – Так что не смей сейчас такого говорить, Феличиано. И уж тем более меня выпроваживать. Mi capisce?*** И открой уже эту чертову дверь, я не собираюсь и дальше вести с тобой разговоры в коридоре.
Последнее и вправду довольно сильно его раздражало. В крайнем случае, он готов был прострелить эту чертову цепочку, не такой уж прочной она была, даже грозясь перепугать весь дом. Не то чтобы Ловино когда-то задумывался о последствиях. А уж оружие при нем было всегда, не говоря уж о том, что в этом странном и чужом месте парень просто обязан был быть вооруженным. Хмыкнув и о чем-то вспомнив, он, наконец, вытащил из дверной скважины ключи и, недолго думая, убрал их в карман, даже не скрывая, что делает. Будет лучше, если его брат будет знать, что Романо все еще может сам попасть в квартиру, если захочет.

* - Как дела, брат?
** - Хорошо, спасибо! Рад тебя видеть!
*** - Понимаешь меня?

0

6

Феличиано вздрогнул и поежился немного от красноречивой тирады брата. А запах дыма и сигарета в его руках и вовсе ошарашили младшего Варгаса, он не знал, что брат начал курить. И, конечно, он понимал, что Романо вряд ли рад был добираться сюда через тысячи киллометров и, уж тем более, не горел желанием здесь задерживаться. Отступать от своих требований он тоже не собирался.
- Ti capisco, fratello... - отозвался негромко итальянец, но дверь открывать все равно не спешил, - Но пойми и ты меня, ты же знаешь, как много для меня значит дедушка, возможно ты и не был привязан к нему так сильно как я, но разве ты не скучаешь?! Как можно просто забыть о столь близком родственнике?! Я уверен, он жив, и возможно попал в неприятности... Я собираюсь это выяснить и помочь ему! Если ты не будешь мне помогать, то лучше уходи... - нахмурившись, Феличи посмотрел на брата, дабы тот понял всю его решимость.
Я знаю, ты тоже скучаешь... Но разве признаешься? Нет, конечно.
Итальянец собирался даже демонстративно хлопнуть дверью, чтобы закончить этот глупый разговор, если бы не одна деталь. Что-то звякнуло в руке брата, и Феличи с ужасом понял...
Ключи!!!
Глаза Феличиано округлились, по спине пробежал холодок.
Как же я мог оставить их в дверях?! Я такой идиот! Теперь мне ничего не остается, кроме как...
Поджимая губы, даже с толикой обиды, хотя злиться стоило только на себя, итальянец снял цепочку с двери и распахнул ее, предлагая, правда не очень охотно, войти брату. Отвернувшись от Романо, Феличи принялся собирать рассыпанные по полу овощи и фрукты и складывать их обратно в пакет, чтобы отнести на кухню, хотя мирные планы по приготовлению обеда уже были нарушены.
В этот раз ты меня не заставишь подчиняться твоим указаниям... может ты и старше, но я не обязан во всем тебя слушаться! Я уже достаточно взрослый, чтобы решать сам, что для меня лучше.
Думал итальянец, мельком поглядывая на брата через плечо.

0

7

Ладно, стоило признать, нечасто в словах его младшего брата можно было слышать подобную решимость. Нечасто он и осмеливался так спорить, настолько категорично, что, казалось бы, и переубедить его не представляется никакой возможности. Впрочем, вполне возможно, так оно и было. И неудивительно, что старшего Варгаса он сейчас встретил едва ли не как врага. Хотя и предусмотрительность в виде цепочки была отнюдь не лишней, в противном случае, Ловино наверняка бы уже давным-давно попытался вбить свои идеи путем тумаков и подзатыльников. А так, приходилось буравить наглеца, готового закрыть прямо перед ним дверь (перед собственным-то братом!), и чего-то ждать. Однако когда ключи демонстративно перекочевали в его карман, дверь ему все же открыли. Неохотно, с кислой миной на лице, как будто подписал себе смертный приговор, но все же открыли. Ну а потом и вовсе от него отвернулись, собирая рассыпанные по полу продукты.
Зайдя в квартиру, Романо спокойно захлопнул за собой дверь, как бы показывая, что в ближайшее время покидать это место не собирается. По крайней мере, в одиночку. Сицилиец, пожалуй, был не менее упрям, хотя и понимал уже, что миссия «переубедить» была в корне провальной. Вот и сейчас он присел на корточки напротив брата, внимательно глядя на него. Да, наверно, что-то в нем таки изменилось. «Вырос? Ха! Глупости, глупости, глупости!»
- Никто твоего старика не забыл, - наконец, в раздражении заметил Ловино. – И искали его люди не под стать тебе, с чего ты взял, что тебе больше повезет? С чего ты вообще взял, что он здесь, а?!
Нахмурившись, он крепко сжал плечи брата, разворачивая того к  себе: - И когда ты прекратишь со мной спорить? Родителям позвони, балбес, иначе будут думать, что отправился к праотцам. - Поднявшись на ноги, Варгас все же не удержался от того, чтобы отвесить младшему подзатыльник. Раздражение все еще оставалось и в значительной мере, но, по крайней мере, теперь ему почти не хотелось никого убивать. И еще вся эта морока его совершенно вымотала. – И где у тебя тут кухня, черт возьми?! Ты, кажется, готовить собирался. Я из-за тебя лишился, как минимум. трех килограммов томатов.

0

8

Феличи был ужасно раздосадован тем, что не удалось эту неприятную ситуацию разрешить быстро. Хотя, с другой стороны, это ведь Романо, на что он надеялся, не понятно. Ведь Феличиано прекрасно знал брата, с ним легко не было никогда. И если ему не подчинялись, это было сродни концу света, ведь он же босс. И с возрастом, черты отца отражались в старшем Варгасе все ярче и ярче, и сказать, что это пугало Феличи, значит не сказать ничего. Хотя семью не выбирают, вся эта бандитская деятельность, даже убийства, кровная месть и прочие неприятности, что имели место в доме Варгасов, ужасно расстраивала младшего брата. И ему бы не хотелось, чтобы когда-нибудь, в доме Романо было так же.
- Ничего, ниоткуда я не брал... я просто знаю, что он жив... Знаю и все! Я это чувствую, и я его найду! Во что бы то ни стало! - недовольно отозвался итальянец на слова брата, и тут же сам испугался своей решимости и уверенности, что прозвучала в словах. Это было совсем для него не типично. Но нужно было хватать эти чувства за хвост, пока они не исчезли под напором старшего Варгаса. Хотя он уже нанес достаточно ощутимый удар, вспомнив про родителей. Феличиано был уверен, что отец то не так уж и переживает, а вот мать... Ему стало стыдно, достав мобильник из кармана и посмотрев на экран, поспешно убрал его  обратно, решив, что сейчас не самое подходящее время.
- Помидоры в холодильнике, кухня - прямо и налево, - проговорил Феличи и сам направился туда же, чтобы убрать овощи и фрукты. - Не считай меня совсем глупым, я приехал на этот остров, потому что здесь видели человека, похожего на нашего дедушку, и следы его здесь обрываются. Следовательно, либо он затаился тут среди жителей, либо здесь с ним приключились неприятности. Это я и собираюсь выяснить... И вообще, этот остров, странное место, за последнее время здесь зафиксировано 10 самоубийств, тебе не кажется это подозрительным? - обратился Феличи к брату, хотя, надеяться, что Романо хоть немного поинтересовался историей этого места, прежде чем приехать, было более чем глупо, но все же...

0

9

Знает он. Чувствует, что еще страшней. Ну что за бред! Романо был уверен, что у него нет, собственно, никаких фактов, но даже несмотря на это уверенности в голосе брата можно было только позавидовать. И это до ужаса бесило. Оставалось только полагать, что это все глупое самовнушение и все те же надежды его найти. И судя по всему, пока не удастся убедить его в обратном, с этого острова он не сдвинется.
Получив все же нужное направление на кухню и даже точное указание, где лежит любимый овощ, Ловино направился прямиком туда, уже путешествуя по квартире без всякого зазрения совести (а была ли она у него вообще?), как у себя дома. Добравшись до холодильника, он вытащил пару помидоров на пробу, взвесил их на руке и довольно кивнул. Ладно, за некупленные томаты можно было и простить. Переместившись на стул, сицилиец все же выслушал доводы брата и раздосадовано фыркнул.
- Тогда ты еще больший идиот, чем я думал, если полез во всю эту кашу в одиночку! Если у старика и вправду неприятности, то ты, кажется, жаждешь нарваться на еще большие. Будешь совать нос куда попало, и долго не протянешь, тем более, если этот остров действительно так подозрителен, как ты говоришь, - что ж, Варгас принял это к сведению. Он все еще не очень-то верил во всю эту ерунду, но перепроверить стоило, куда же и в самом деле ввязался его младший брат. Покачав головой и впившись зубами в добытый (почти с трудом) помидор, он продолжил после непродолжительной паузы. – Bene, Феличиано, положим, я тебе немного подсоблю в твоих поисках. – «И докажу, что ты не прав». – При одном небольшом условии: потом ты возвращаешься, чем бы они ни закончились. – «И оставляешь свою гребаную жажду приключений». – Mi capisce?
Романо не спрашивал, согласен ли тот на такое развитие событий, сейчас он уже просто ставил перед фактом. Он итак пошел на значительные уступки, хотя стоило просто увезти этого брыкающегося упрямца отсюда силой. Но нет, надо и самому впутаться непонятно во что… вернее, доказать свою правоту, разумеется же. В противном случае, переубедить младшего Варгаса не представится возможности, и повторный побег обеспечен.

0

10

Обмывая фрукты под струями теплой воды и складывая их в вазу, предусмотрительно поставленную рядом с раковиной, Феличи пропустил мимо ушей почти все возмущения и наставления брата. Честно говоря, он делал так уже давно, погружаясь в собственные мысли и отгораживаясь от реальности, предпочитая не обращать внимание на ворчание Романо. Однако, последние слова старшего Варгаса заставили итальянца резко обернуться и внимательно посмотреть на брата.
Что? Он согласен мне помочь? Не может быть...
- Брат... ты... - позабыв обо всем на свете, о включенной воде, о фруктах в раковине и о том, что у него мокрые руки, Феличиано бросился к брату и крепко его обнял, - Нэ, Романо, ты правда мне поможешь? Правда-правда? - глаза итальянца сияли, точно так же как и улыбка, которая выражала неописуемое счастье и восторг от того, что едва ли не впервые в жизни, старший Варгас пошел на уступки ради младшего братишки. - Grazie!!! - воскликнул Феличи и принялся чмокать брата в щеки, как ни в чем не бывало плюхнувшись к нему на колени.
Ура!!! Мне это удалось! Он останется здесь и поможет мне! 1:0 в мою пользу, братишка! Вместе мы точно отыщем дедушку! Я уверен!
Не сдерживая довольного хихиканья, итальянец взял лицо брата в ладошки и звонко чмокнул его в губы. В детстве он часто так делал, от чего Романо забавно краснел, смущался и ворчал, обзывая его глупым и надоедливым мелюзгой. Феличи было интересно посмотреть, как, спустя почти 8 лет изменилась и изменилась ли вообще реакция Романо на подобные вещи, ведь для беззаботного и наивного Феличиано это было в порядке вещей, как и делить с братом одну кровать. Даже будучи уже в достаточно зрелом возрасте, младший Варгас часто перебегал по ночам из своей комнаты - к брату, устраивался у него под боком, пока тот счастливо сопел, и спокойно спал до самого утра, пока не оказывался скинут с кровати с недовольными воплями старшего брата.

0

11

Романо готов был поклясться в том, что младший Варгас пропустил мимо ушей все, что он сказал, кроме того, что ему, собственно, и было нужно. Нет уж, что там ни говори, как ребенком был, так им и остался. И на это целиком и полностью указывала его абсолютно противоположная недавешней угрюмости чрезмерно активная реакция. Хотя и стоило признать, Ловино едва ли не вздохнул с облегчением – к такому брату он, в общем-то, привык гораздо больше. Не шло ему занудство, отнюдь. Уж лучше такое idiotic выражение, чем попытки закрыть дверь перед самым носом. И ворчания его самого теперь становились не более чем данью традиции, заведенной еще, вероятно, с детства.
- Да помогу-помогу, только отцепись ж ты от меня, балбес! - завозмущался Романо, когда к нему внаглую забрались на колени и попытались зацеловать (видимо, до смерти). В принципе, такое поведение было уже вполне привычным и не вызывало до сих самых пор никаких проблем. Именно что до сих пор. Неугомонный Феличиано на «расцеловать в обе щеки» не остановился и смачно чмокнул его в губы. От неожиданности парень шарахнулся назад, стремительно покрываясь краской не хуже обожаемых томатов, и попытался вновь что-то завопить. Не рассчитал Ловино только одного: он все еще сидел на стуле, отнюдь не припертом к стене, и от резкого движения сей предмет мебели начал стремительно заваливаться назад. Попытки худо-бедно удержать равновесие так ни к чему и не привели, и он не успел даже что-то сказать, когда уже оказался на полу, таки вцепившись в брата и утянув его за собой.
- Hai perso il lunario?! Diavolo!* - сицилиец выругался, благо встреча с полом тоже сказалась не так уж позитивно, не говоря уже о мгновенно нахлынувшем смущении. Он и в детстве-то реагировал на такие вот выходки не слишком спокойно и так и не смог к ним привыкнуть, так или иначе это выбивало его из привычной колеи. И уж тем более, сейчас, когда они были далеко уже не дети. Оставалось только хлопнуть ладонью по лбу, честно желая провалиться под землю, где его не увидит экспериментатор-брат, который наверняка будет доволен реакцией, которая за многие годы не очень-то и изменилась. «Oh, dio, за что мне это?..»

* - Ты что, спятил?! Дьявол!

0

12

Начало игры.

Вопреки обыкновению (и, честно говоря, своему желанию), Антонио с самого утра был сегодня на ногах - вечером планировался бал-маскарад, на который тот хотел попасть, так что нужно было уладить множество дел, в первую очередь касающихся его кафе-кондитерской: заранее наготовить побольше булочек и пирожных, указать в меню, какие вещи сейчас в продаже, попросить соседку присмотреть за заведением, убедиться, что у неё не возникнет с этим никаких проблем и т.д. Отложив несколько пирожных в отдельный пакет, он отправился домой, где принял душ, пообедал и обнаружил, что времени ещё было навалом.
"¡Qué bien! Теперь осталось придумать, чем сейчас заняться..."
Испанец лениво потянулся и на губах его заиграла мечтательная улыбка: конечно, самым простым и приятным решением было бы устроить послеобеденный сон... но можно и по-другому приятно провести время. Тоньо достал бутылку красного вина и бренди, после чего повернул ручку радио, и тут же заиграла песня Manu Chao. Несказанно обрадовавшись такой удаче, Фернандес с лёгким сердцем и в невероятно возвышенных настроениях принялся к приготовлению сангрии: смешал в нужных пропорциях вино и бренди, нарезал и добавил фрукты, сахар, тоник, специи. Конечно, лучше бы это всё делать заранее, желательно с вечера, но идея пришла ему в голову только сейчас, так что ничего не попишешь. Из динамиков продолжало звучать:
"...me gusta la cena, me gustas tú
Me gusta la vecina, me gustas tú..."

Тоньо не удержался и даже засмеялся:
- А! К слову о la vecina!..
В соседнем доме снимал квартиру его очаровательный друг - Феличиано. К нему-то как раз Антонио и собирался: перелил готовую сангрию в стеклянный кувшинчик, куда щедрой испанской рукой сыпанул кучу льда, подхватил заранее приготовленный пакет со сладостями, сунул в карманы телефон, ключи (последние, конечно, после того, как закрыл входную дверь) и выдвинулся в путь. Идти пришлось недолго - минуту-две, по лестнице испанец поднялся неспешно, и вот он уже стоит перед знакомой дверью. Интереса ради Фернандес сначала нажал на неё рукой, прежде чем звонить или стучать, и вполне ожидаемо та поддалась напору - захлопнута, но не закрыта на ключ. Антонио тихонько засмеялся.
"Dios, когда же Феличи научится закрывать дверь?.."
Он, конечно, преувеличивал, но действительно случалось, что итальянец оставлял своё жилище совершенно незащищённым - входи кто хочет. Ну, Фернандес и вошёл, охотно пользуясь таким, гм, радушным предложением. И ни капельки не пожалел о том, что не соизволил объявить о своём появлении заранее, поскольку зрелище ему открылось весьма... интригующее.
- Я, кажется, немного не вовремя? - вопреки своим словам, Тоньо выглядел чертовски довольным: он стоял, облокотившись плечом о косяк двери и с широченной ухмылкой на губах наблюдая за растянувшимися на полу итальянцами, явно не собираясь никуда сейчас уходить. Немного запоздало он удивился появлению Романо - младший Варгас, кажется, скрывался от него? - но теперь, похоже, у них всё было в порядке.

Отредактировано Antonio Fernandez Cariedo (2011-04-23 12:58:26)

0

13

Как Феличиано и предполагал, реакция брата не особенно изменилась за прошедшие годы. Он все так же вопил, краснел и возмущался, но это было ужасно мило и забавно, и заставляло итальянца широко улыбаться, и даже коварно хихикать. Не часто представлялся такой великолепный шанс застать Романо врасплох. Падение было, конечно, не очень приятным, но и не смертельным, поэтому Феличи лишь громко рассмеялся и уткнулся лбом в грудь брата радуясь, что все обошлось без особого скандала. На возмущения Романо итальянец не отвечал, зачем? Когда можно было снова поцеловать его и вновь насладиться румянцем на его щеках.
- Scusa, fratello, - хохотал Феличиано, продолжая держать лицо брата в ладошках, непроизвольно поглаживая пальцами по щекам и мягко касаясь своими губами губ Романо.
Пожалуй, Феличи мог бы еще долго валяться на брате и так его мучать, если бы не скрип входной двери и приятный, знакомый голос. Выпрямившись и повернувшись, Феличиано обнаружил в дверях того, кого вообщем-то всегда был рад видеть, но сейчас был скорее смущен.
- Антонио... - смущенно краснея и поспешно вставая с брата, выдохнул итальянец, - Нет-нет, мы просто... мы... - Феличи косился на брата и не знал, как объяснить их совместное валяние на полу. Не то чтобы это вызывао стыд, просто было неловко, ведь, обычно на людях они никогда себя так не вели, хотя... Это же Антонио, с которым они знакомы уже достаточно давно. Растерявшись, но быстро придя в себя, Феличиано подбежал к испанцу, давая брату время подняться с пола. - Ты пришел меня навестить, да? - засиял итальянец, внимательно и с интересом хлопая на Тоньо глазами, - Мы с Романо собирались пообедать, он долго сюда добирался и порядочно устал... так что... хочешь к нам присоединиться? - улыбнулся Феличи и, не дожидаясь ответа, взял Тони за руку и потянул к столу. - Ты садись, я сейчас что-нибудь быстро приготовлю, - затараторил итальянец и надел фартучек, а затем и косынку, принимаясь хозяйничать на кухне и по привычке, не задумываясь, готовить пасту.

0

14

Вот кто бы мог подумать, что в этом мелком вредителе столько коварства. С виду невинное создание аки дитя, а ведь прекрасно знал, как вывести Ловино из привычного состояния угрюмости и относительной невозмутимости (да, свои вечные возмущения сицилиец относил именно к этому показателю) и вогнать в краску. Образ злобного мафиози рушился прямо на глазах, и теперь Романо напоминал разве что такого же растрепанного мальчишку, малость растерянного и очень, очень этим фактом разозленного. Феличиано откровенно издевался, и он не мог оставить это без внимания. В голове мелькнула шальная мысль, однако свой план мести ему так и не удалось осуществить. В дверях появилась подозрительно знакомая физиономия, которая вообще непонятно откуда здесь взялась. И которой очень уж хотелось сейчас раздробить пару зубов… желательно передних. Да-да, тех, которыми испанец так беззаботно улыбался. Мало ему было веселящегося братца, так еще и этот стал свидетелем «милой», по мнению некоторых индивидуумов, реакции Романо. Оставалось только уйти в какой-нибудь угол, и сгорать от стыда до скончания дней своих, не показываясь никому на глаза. Впрочем, на покой ему было еще рановато.
- Ты еще здесь чего забыл? – «поздоровался» он в не очень-то дружелюбной, но весьма привычной для Варгаса старшего манере. Как говорится, лучшая защита это нападение… радовало одно: с него в кои-то веки слезли и позволили встать, отряхиваясь и потирая полученные при падении синяки. И что его вконец добило, брат пустился в оправдания.
- Приветствовали мы друг друга. Соскучились, - весьма и весьма зловещим голосом «подсказал» Ловино. И это приветствие он собирался мелкому наглецу еще припомнить. Наверно, стоило и вправду забить на все уступки, усадить братца в машину с охраной и увезти под конвоем домой. А уж там, глядишь, домашний арест без пасты и повыбивал бы лишнюю дурь. Однако соглашение было уже дано, и сицилиец собирался застрять на этом острове неизвестно на какие сроки. Как и эти двое. «Лучше» не придумаешь. И, разумеется, останавливаться он собирался не иначе как здесь и обеспечивать за младшим Варгасом круглосуточный присмотр, дабы еще куда влипнуть не умудрился. Стоило только забрать вещи из гостиницы, так что он снова уселся за стол и достал телефон, намереваясь разрешить эту проблему прямо сейчас. В то же время он старался и не сводить взгляда с этих двоих: серьезностью что тот, что другой не отличались, и ждать можно было чего угодно и когда угодно.

0

15

Увлечённые своей вознёй братья не сразу заметили появление испанца. А когда наконец услышали его вопрос, реакция их была ожидаемо очень разной: Ловино моментально ощетинился, а Феличиано страшно застеснялся. И то, и другое заставляло Фернандеса почувствовать себя по-настоящему счастливым: эта милая домашняя сцена напомнила ему те давние времена, когда они проводили в обществе друг друга куда больше времени, чем теперь.
"¡Qué bien!" - повторил он про себя.
- Антонио... - сердце испанца забилось чуть быстрее, когда его имя на выдохе сорвалось с губ младшего Варгаса, он улыбнулся ещё чуточку шире и подумал, как здорово было бы сейчас прижать смущённого малыша к себе, провести рукой по его волосам и легко коснуться его губ - так же, как до этого тот касался губ Романо. Но он отогнал эти заманчивые мысли прочь - до поры до времени.
- Ты еще здесь чего забыл? - поинтересовался тем временем у него Ловино. - Приветствовали мы друг друга. Соскучились, - тут же прибавил он, не дожидаясь ответа.
- Я так и понял, chico, - поспешил заверить его испанец, негромко засмеявшись и, перебросив пакет в другую руку, потрепал его по голове. По правде говоря, он здорово соскучился по старшему Варгасу - не видел его с тех самых пор, как перебрался на остров. Романо вырос... стал таким большим уже мальчиком. И в то же время остался сущим ребёнком, надутым и крепко держащим оборону так, будто в этом есть действительная необходимость.
"Безумно милый! Хороший мой ребёнок...", - подумал Тоньо с нежностью.
Тем временем Феличиано наконец опомнился и подбежал к новому гостю с радостной улыбкой, наконец вспоминая нужные слова:
- Ты пришел меня навестить, да?
- Точно!
Феличи заговорил быстро-быстро, в своей обычной умильной манере, и принялся хлопотать насчёт обеда (фартук и косынка ему, несомненно, очень шли). Когда итальянец упорхнул к плите, сам Тоньо подошёл наконец к столу и водрузил на него кувшинчик и пакет. На губах его вновь заиграла чуть мечтательная улыбка, он приглашающе оглядел братьев.
- А! Чуть не забыл: немного сангрии и пирожных por mi hermanitos queridos~ Будете?
В конце концов, что может быть лучше сангрии в хорошей компании в жаркий летний день?

+1

16

Устанавливая на плиту кастрюльку с водой, Феличиано иногда оглядывался на Тони с Романо, с интересом наблюдая за их поведением. Итальянец знал, что они уже давно не виделись и ему было интересно, испытывают ли они до сих пор друг к другу какие-то чувства. И Хотя Романо никогда, ни разу в жизни не упоминал о том, что происходит между ним и Антонио, только слепой бы не заметил, как иногда старший Варгас смотрел на испанца. В такие моменты Феличи видел в брате совершенно другого человека. Но все изменилось с тех пор как Тони уехал. Никто не знал куда, он просто исчез и все, более того, он не сказал ничего даже Романо, что, очевидно, и сыграло свою роль. С тех пор, старший Варгас пресекал все разговоры, в которых так или иначе фигурировало имя испанца. И когда Феличиано совершенно случайно наткнулся на Антонио на этом острове, он был не то чтобы удивлен, он был в шоке, но спрашивать ничего не стал. До поры до времени. А уж теперь, когда Романо тоже волей судьбы оказался здесь, Феличиано было жизненно необходимо расспросить у Тони об их отношениях и, желательно, выведать причину того, почему он уехал никому ничего не сказав.
Эх, Антонио... Ты бы предупредил его... Он ведь сам не свой был, когда ты пропал, наверно он думает, что ты его бросил и очень обижен. Я бы тоже был обижен, надеюсь, вы помиритесь, Романо ведь тебя очень любит...
Феличи чуть улыбнулся, посмотрев на брата и продолжил помешивать макароны в кастрюле, принимаясь даже что-то насвистывать себе под нос.
Реакция Романо на приход Тони была весьма предсказуема, Феличиано полагал, что и Тоньо должен понимать, почему старший Варгас так напряжен в его присутствии, он никогда не был особо сговорчивым и радушным, особенно теперь. Однако же, итальянец всеми силами старался разрядить обстановку между этим двумя, хотя Антонио выглядел как всегда беззаботно и расслаблено.
- А! Чуть не забыл: немного сангрии и пирожных por mi hermanitos queridos~ Будете?
- Будем! - тут же отозвался младший Варгас, не давая брату проворчать что-нибудь отрицательное в ответ, и быстро поставил на стол три бокала. - Это так мило со стороны Антонио, принести нам сладости, правда, Лови? - ласково вопросил Феличи у брата и как можно непринужденние поцеловал его в щеку.
Ничего, у них все наладится, обязательно! Романо может и вредина, но... Если Тони извиниться, он обязательно его простит, не сразу, но простит... это точно!
Промыв сваренные макароны, Феличиано отставил их в сторону и занялся приготовлением соуса, делая все быстро и слаженно, как учил дедушка, и как он делал уже много тысяч раз, ведь паста с самого детства была его любимым блюдом.

0

17

Нет, ну вы только посмотрите на них! Ведут себя так, будто ничего и не произошло, будто отмотали назад пару лет и будто они вообще еще дома. Но Романо-то точно знал, что это не так! И настроению этого «семейного уюта» очень старательно не поддавался, хотя и существовало такое мимолетное желание. В конце концов, что один, что другой вот так запросто исчезли без всяких объяснений, и это, по мнению старшего Варгаса, как раз очень даже хорошо показывало их к нему отношение. Сейчас он и вправду напоминал обиженного ребенка, давно уже потерявшего веру ко всем и в каждого. В первую очередь. Не было уверенности в том, что от него снова не слиняют. Нет, какое они действительно имели право так беззаботно себя вести!
Праведно возмущаясь и уже закипая как чайник, Ловино стащил еще один помидор и озлобленно впился в него зубами, видимо, на бедном и ни в чем не повинном овоще пытаясь выместить накипевший гнев. Удивительным было то, что он еще молчал – просто не знал, в чем в первую очередь обвинять, чтобы не показывать тот факт, что его это, в общем-то, и вправду задело. Тут уж он бы предпочел умереть, чем признаться в чем-то подобном.
Когда ему на затылок легла рука, ероша волосы и приближая его нормально уложенную в общем-то прическу к растрепанно шевелюре самого испанца, Романо от неожиданности даже вздрогнул – настолько привычным вдруг оказался подобный жест, и едва снова не покрылся краской.
- Aria, - буркнул он, отвернувшись. – Я тебе не ребенок уже.
Конечно, в свои 20-то лет он имел полное право так считать. Тем более, что теперь он имел вполне определенный статус в обществе, чем не мог не гордиться. Сам Антонио, как он мог заметить, не очень-то и изменился.
В то же время на столе внезапным образом материализовались принесенные испанцем угощения, и мигом засуетился, не дав старшему Варгасу и слова вставить. Хотя он зря переживал насчет отрицательного ответа – вот так запросто отказаться от сладкого сицилиец бы и не подумал. Другое дело, что строить из себя обиженного великомученика он бы все равно не перестал. Так что пробурчав в ответ Феличиано нечто вроде невразумительного «угу» (что, вероятно, должно было обозначать «угу, как же»), он так снова и замолк. Правда гарантии в том, что это надолго, Романо и сам бы дать не мог.

+1

18

Начало игры.

Замечательный, прекрасный, потрясающий, славный день! Гилберт едва ли не закусывал до крови нижнюю губу, зловеще складывая пальцы в замок и как-то по-особенному широко ухмыляясь. Примерно полчаса назад позвонил Людвиг и попросил его съездить к итальяшке, забрать какие-то очень важные бумаги по работе. Естественно, радости Байльшмидта не было предела: он слишком любил совать свой нос в дела, которые его не касались. Бизнес брата, о котором младший рассказывал сравнительно мало, числился в них особым местом. Феличиано был приятным приложением к сегодняшней миссии.
Насвистывая неизвестный прохожим мотивчик, Гилберт довольно быстро добрался до квартиры Варгаса. Жили они сравнительно недалеко друг от друга - от дома до дома дорога на велосипеде занимала десять минут, если же идти пешком, путь мог занять около получаса. Свой велосипед Байльшмидт любил и часто использовал, но сегодня немец решил дать железному старику отдых и отправиться на прогулку на своих двоих, о чём вскоре успел пожалеть: воздух был омерзительно горячим, а спасительная прохлада не наблюдалась даже в тени. Гилберт окончательно упарился уже на половине пути.
Подъезд встретил мужчину приятной темнотой и возможностью спокойно вдохнуть в легкие относительно свежий воздух. Отдышавшись, Байльшмидт резвой трусцой поднялся на второй этаж и тут же разразился руганью.
— Феличиано, какого чёрта ты опять оставил дверь открытой?! Сколько раз и я, и Людвиг говорили тебе её закрывать, а-а?!
Нарочито громко топая по коридору, Гилберт ворвался на кухню и...
— Опа, какие лю...
...и остановился как вкопанный. Причиной тому был клон Феличиано на кухне. Обиженный, сердитый и очень лохматый клон.
— Феличиано, а это... — Байльшмидт ткнул в Романо пальцем, почесывая затылок. — Это же этот... твой брат-близнец, да? Эй, привет, я — Гилберт, — Байльшмидт приветливо помахал рукой и одним прыжком оказался рядом со столом, на который Антонио только что водрузил кувшинчик и пакет с пока неизвестным содержимым. Немец поспешил его разорвать и тут же неодобрительно зацокал языком.
— Так-так-так, выпивка и сладости! Значит, вы решили тут развлечься без меня? Не стыдно, Антонио, забывать о друзьях?! Я ведь и обидеться могу... и Франциск тоже, зуб тебе даю! Феличиано, давай отлупим этого засранца! Видишь, как плохо он со мной поступает!

Отредактировано Gilbert Beilschmidt (2011-04-27 23:00:39)

+2

19

Антонио выдвинул ещё один стул поближе к центру кухни и уселся поудобней, как раз между братьями - молча (что довольно необычно) жующим помидор Романо и суетящимся у плиты Венециано. Разлив сангрию по бокалам, он поднял один, подмигнул Ловино и сделал пару больших глотков, с удовольствием отмечая, что жара теперь имела на него чуть меньшее влияние. Впрочем, привыкший к душным летним дням у себя в родной Испании, он скорее наслаждался, чем мучился высокими температурами; но кто откажется от глотка прохлады, особенно если она приходит в лице чудесного фруктового вина?
"О, сейчас бы ещё сюда бутылку хорошего десертного хереса, обязательно холодного и... да, к сладкому было бы просто отлично".
Но выпивка выпивкой, а ему всё-таки не давало покоя неестественное спокойствие одного из братьев. Не мог же он настолько измениться?..
- Эй, Лови, - испанец использовал обращение как в детстве скорее по привычке, чем специально, даже не обратив на это особенного внимания - наверное, для него это и было в порядке вещей. - Ты чего такой тихий?
Вдруг Фернандеса буквально озарило догадкой: "Ну конечно! Хмурый, тихий... малыш Ловино голодный!"
- Может, пока обед не готов, съешь пирожное?
Неожиданную идиллию нарушили не менее неожиданные вопли, донесшиеся из коридора: до жути знакомый и такой недовольный голос очень громко и возмущённо высказывал вслух те мысли, с которыми испанец сам зашёл в квартиру. От чего, разумеется, к тому моменту, как обладатель голоса ворвался на кухню, на лице Тоньо уже нарисовалась такая широкая улыбка, что посторонний человек, пожалуй, мог бы и забеспокоиться за лицевые мышцы Фернандеса. Но, разумеется, это был не предел: по ходу развития очаровательной сцены знакомства его друга со старшим Варгасом, Антонио выглядел всё счастливее и счастливее. Так что, когда немец с крайне возмущённым видом разорвал пакет, он не выдержал и захохотал - не то чтобы происходило что-то смешное, но скорее, чтобы выплеснуть все скопившиеся за день эмоции.
— Так-так-так, выпивка и сладости! Значит, вы решили тут развлечься без меня? Не стыдно, Антонио, забывать о друзьях?! Я ведь и обидеться могу... и Франциск тоже, зуб тебе даю! Феличиано, давай отлупим этого засранца! Видишь, как плохо он со мной поступает! - слова Гилберта только подливали масла в огонь.
Немного успокоившись, испанец вытер выступившие на глазах от смеха слёзы тыльной стороной ладони и сделал ещё глоток сангрии, прежде чем заговорить.
- Здравствуй, Гилберт! Я немного не рассчитал со сладостями, думал, Феличи будет один дома... - здесь Тоньо отчего-то слегка запнулся, но быстро выправил голос и беззаботно пожал плечами. - ... но, я думаю, по чуть-чуть всем хватит. Тем более, что chico уже почти приготовил нам пасту. Присоединишься?
Наверное, приглашать к столу гостя, когда ты сам гость - немного неприлично. Может, совсем никуда не годится. Но Антонио о таком даже не думал, он искренне обрадовался появлению друга и просто хотел провести время ещё и в его компании.
"Ха-ха, кажется, у нас намечается собственная фиеста!"

0

20

Паста была почти готова, достав три тарелочки, Феличиано довольно шустро разложил по ним макароны и полил томатным соусом. Проведя тыльной стороной ладони по лбу и вытерев выступившие капельки пота, итальянец обернулся. Романо с каждой минутой выглядел все недовольнее и недовольнее, но что более удивительно, он молчал, и это наводило Феличи на весьма нехорошие мысли.
Как затишье перед бурей...
Итальянец вздрогнул и поспешил поставить тарелки с пастой на стол, пока не грянула эта самая буря.
Когда братец сытый, он не так страшно ругается.
Феличи улыбнулся, собираясь присесть рядом с Антонио, который сел как раз между братьями, и приняться за трапезу, как в коридоре послышался шум и весьма знакомый голос.
- А? - Феличиано ошарашенно заморгал, когда на кухню ворвался Гилберт, ругаясь и недовольно хмурясь.
Дверь? Но... Тони ведь заходил последний... стоп... Тони тоже зашел сам, значит, это Романо дверь не закрыл? Ох, а ключи ведь у него, точно!
- Прости, Гил, просто сегодня такой сумасшедший день, - итальянец покосился на брата, - вот я и растерялся немного, такой рассеяный стал в последнее время, - неловко посмеиваясь, младший Варгас почесал затылок.
— Это же этот... твой брат-близнец, да?
Феличиано засмеялся, они с Лови и правда были очень похожи, хотя разница между ними была в три года, цвет волос старшего Варгаса был на порядок темнее, а семейная завитушка смотрела вверх, а не влево, как у Феличи.
- Брат, но не близнец, - улыбнулся итальянец, - Его зовут Ловино, и он старше меня на три года, - объяснил Феличиано, посмотрев на Романо.
Надеюсь, вы подружитесь... хотя, вряд ли, Лови всегда недолюбливал моих друзей...
Незаметно вздохнув, Феличи вновь вернул свое внимание гостям и засмеялся от шквала немецкого негодования, которое пролилось на Тоньо только из-за того, что он не принес сладости Гилу и Франциску.
- Не надо драться, - тут же замахал руками итальянец, - Тоньо прав, по чуть-чуть хватит на всех и, да, ты присаживайся.
Феличиано довольно быстро организовал на столе еще одну тарелку с пастой для Гилберта и указал ему на стульчик рядом с собой. - Ты должно быть пришел за теми бумажками, что у меня Лю случайно оставил, да? - поинтересовался младший Варгас, принимаясь уплетать пасту.
Скорее всего за ними, только вот беда... я совсем не помню, куда же я их положил...
Феличиано подумывал пойти на маскарад, что должен был сегодня состояться в самом престижном ресторане острова, надеясь, что это позволит Романо расслабиться и развееться, но, кажется, теперь нужно было немного задержаться дома.
- Антонио, ты же слышал про маскарад, что должен сегодня состояться в ресторане "Aurum"? Я хотел бы сводить туда Ловино, но, мне кажется, я слегка задержусь дома, нужно отдать Гилу бумаги Людвига, ты не мог бы отвести Лови туда вместо меня? - вопросил, невинно хлопая глазами, младший Варгас. Хотя в его словах все же был тайный умысел. Феличиано мечтал, что такая прогулка наедине и разговор по душам помогут Романо и Тоньо наладить отношения.
- Лови, я обещаю, что не сильно задержусь, и никуда не убегу, могу поклясться на крестике, что мне дедушка подарил! Я найду вас там, честно-честно! Тоньо хорошо знает остров, так что вы не заблудитесь, пожалуйста, не отказывайся! Кроме того... думаю, тебе не за чем больше жить в гостинице, Антонио поможет тебе потом перевезти вещи сюда, ко мне, - лучезарно улыбаясь и просяще глядя на брата, проговорил Феличиано.
Ну давай же, соглашайся, Лови... пожалуйста, я знаю, что тебе это необходимо... можешь даже поскандалить, но ты же должен высказать ему, что накопилось у тебя на душе, вряд ли ты хочешь, чтобы это знал кто-то кроме вас двоих...

0

21

Романо упорно молчал… не очень-то и легко ему это давалось, но черт знает откуда взявшееся упрямство заставляло гнуть свою линию. Правда стоило еще себя спросить, а чего же он, собственно, пытался этим добиться, но, видимо, на данный момент он вообще был слишком зол, чтобы думать. Впрочем, так или иначе, абсолютно нетипичное для него молчание незамеченным не осталось. И конечно, стоило сделать самое что ни на есть глупое предположение на этот счет (хотя и достаточно правдивое)! «Тихий… как же! Удивительно это! Только и ждете, что начну вопить? А вот чертас два! Не буду! И слова не скажу больше! И…» И его задумку молчать до скончания веков разрушило простое и до невозможности искреннее предложение Антонио съесть пирожное, видимо, чтоб не умереть с голоду, пока готовится обед. И вот тут уже обиженным взглядом бы не обошлось, хотя к этому времени вышеупомянутый обед уже расставлялся по столу.
Однако возможные ругательства были остановлены еще одним незаконным вторжением. Причем существом, похоже, не менее шумным, что само по себе Варгасу уже не понравилось. Что называется, еще один. Этакая беззаботность, царившая в комнате, его вообще порядком раздражала, а тут еще и это!
- Ну все, basta! – Романо подскочил из-за стола как ошпаренный, в конце концов, забив на свой «обет молчания». – State ul cazzo! Феличиано, у тебя дом или проходной двор, черт возьми! – ну и как обычно, тот факт, что сам же он двери и не закрыл, он и не вспомнил. Следующее праведное возмущение было адресовано испанцу, слишком уж хорошо, по его мнению, устроившегося. – Ты, идиот! Не дома у себя, чего распоряжаешься! Прекрасно можете присесть где-нибудь за пределами этой квартиры! – подумав, что ему здесь некоторые не очень-то рады, новоприбывший немец, вероятно, ошибся бы. Сицилиец гостям был очень даже не рад, и даже не пытался этого скрыть. Вопреки его собственному явно негостеприимному поведению, брат быстро соорудил на стол еще одну порцию, что, в общем-то, было вполне ожидаемо, раз уж этот белобрысый вот так заявился. Хотя, что для Ловино стало полной неожиданностью, так это последующее заявление Феличиано.
Сам по себе маскарад уже звучал интересно, и не заинтересовать его это не могло. А вот тот факт, что его сплавляют испанцу, на которого он, в общем-то, все еще дулся, уже не порадовал. «Издевается он, что ли?! Или серьезно выставить за дверь пытается? И ведь по глазам вижу, что что-то нечисто!» Разумеется, соглашаться на подобные сомнительные мероприятия он не собирался, и только мотал головой на все доводы в пользу такого развития событий. Под конец Романо и вовсе не выдержал.
- Не нуждаюсь я в няньках! Твой гость, ты с ним и общайся, а я сам справлюсь, - под конец обиженно выдал он и, недолго думая, пулей вылетел с кухни, по-видимому, решив, что дальнейшее его пребывание там абсолютно невыносимо. Правда уже покинув собравшуюся компанию и на какой-то миг успокоившись, старший Варгас все же задумался. Предлагаемый маскарад и вправду был бы неплохим способом расслабиться. К тому же, наверняка, без всяких сомнений, там будет много очаровательных девушек… да и тащить вещи из гостиницы, куда он сейчас хотел намылиться, самостоятельно как-то не внушало оптимизма. Как бы ни не хотелось это признавать, какое-то зерно истины в словах Феличиано все-таки было. Все еще сердясь, Ловино также стремительно вернулся на кухню, выловил давно уже предложенное ему пирожное (памятуя о том, что сам же себе сорвал обед) и, буркнув что-то вроде «Ладно уж», вылетел обратно, на этот раз покидая и саму квартиру.

//Улицы//

0

22

— Какого чёрта ты ржёшь, дьявол?! — Гилберт действительно был обижен. Его всегда задевало отсутствие внимания к себе со стороны других. Он ткнул пальцем в грудь смеющегося испанца. — Конечно да, мог бы и не спрашивать! Я жутко голодный!
Байльшмидт уселся за стол, сцепил пальцы в замок и прижал к ним подбородок.
— Если честно, сначала я подумал, что это твой клон, — он пожал плечами и, сощурившись, принялся пристально, совершенно не стесняясь разглядывать старшего итальянца. Гилберт не заметил явных различий между братьями из-за плохого зрения. — Ловино, значит... Ну и как, у тебя получается следить за младшим братцем? Лично у меня нет, а раз у меня не выходит, значит, у тебя и подавно не должно.
Он приступил к пасте. Немец был всеяден и мог неделями питаться дешёвыми полуфабрикатами как самый настоящий студент, но его желудок особенно хорошо переваривал и любил домашнюю пищу, кем-то заботливо приготовленную — например, Феличиано, чью еду Гилберт всегда ел с пребольшим удовольствием.
— Ага, я припёрся за бумагами. Люц сегодня чуть ли не в бешенстве позвонил: наверное, его выбило из колеи то, что он в кой-то веки что-то у кого-то забыл, — немец довольно хохотнул. — Ох, как я долго ждал этого момента, ты себе не представляешь!..
Заткнувшись и продолжив обед, Гилберт с умилением слушал заискивания младшего итальянца, где-то в глубине души допуская мысль о том, что было бы неплохо, если б Людвиг хоть иногда вёл себя точно так же. Это ведь чертовски мило и...
Выступление Романо заставило немца содрогнуться. Вот уж чего-чего, но такой бурной тирады от, казалось бы, тихого итальяшки он точно не ожидал. К счастью, буря вскоре утихла, и старшенький сделал уж совсем комичный выпад — вернулся на кухню через несколько секунд после того, как устроил скандал, схватил пирожное, что-то буркнул и поспешно умчался. Байльшмидт простодушно заржал во всю глотку.
— Слушай, а я-то думал, что братца хуже чем у меня и быть не может! Сначала притворялся тихоней, а потом взорвался! Ну вылитый Людвиг!

0

23

Реакция Ловино была более чем неожиданной. Феличиано никак не мог рассчитывать на то, что брат вот так вот просто согласиться. Итальянец думал, что ему придется ползать на коленях, обнимать брата и ныть, ныть, ныть, только чтобы он согласился прогуляться и развеяться. Но, вероятно, Романо и так был слишком напряжен, чтобы капризничать. Нет, конечно он не изменил своей манере общения и обругал всех вокруг, Феличи едва сдержал улыбку, так потешно смотрелся брат, когда негодовал. Младший Варгас уже почти и забыл, как забавно подергивается завитушка, и как Романо поджимает губы и щурится, дабы показать презрение ко всему вокруг, хотя выглядит при этом он скорее мило, чем устрашающе.
- Спасибо, фрателло... - бросил Феличиано вслед брату, но все равно слегка вздрогнул, когда дверь хлопнула. - Ох, Лови всегда так ругается... - вздохнул итальянец и посмотрел на Антонио. - Догоняй его, а то он заблудится, он ведь первый день здесь, - с улыбкой проговорил Феличи испанцу, провожая его к дверям. - Надо же... проделал такой путь... только чтобы меня найти... - добавил Феличиано тише с улыбкой, все же он был рад, что брат приехал, младший Варгас уже и забыл, как Ловино хотел увезти его с острова, теперь это было не так уж и важно, ведь, брат согласился помочь в поисках и, более того, не прописал еще ни одного подзатыльника.
Проводив Антонио, итальянец вернулся на кухню к Гилу.
— Ага, я припёрся за бумагами. Люц сегодня чуть ли не в бешенстве позвонил: наверное, его выбило из колеи то, что он в кой-то веки что-то у кого-то забыл
Феличиано усмехнулся, собирая со стола тарелки и перемещая их в раковину.
- Ну... Лю так поспешно уходил в прошлый раз и выглядел он таким взволнованным, не знаю, куда он так торопился, наверно поэтому и оставил бумаги, я еще подумал, что все эти документы точно не мои. Я хотел сам отдать, но совсем про них забыл, - итальянец неловко усмехнулся, обмывая тарелки под теплой водой и, затем, вытирая их тряпочкой, складывая в аккуратную стопочку. Закончив с наведением порядка на кухне, Феличи снял с себя косыночку и фартук, вытер руки.
— Слушай, а я-то думал, что братца хуже чем у меня и быть не может! Сначала притворялся тихоней, а потом взорвался! Ну вылитый Людвиг!
- Людвиг вообще-то очень милый! Почему ты так о нем говоришь? Он, конечно, строгий и шуток не понимает, но все равно милый, - младший Варгас смущенно улыбнулся, вспоминая, как забавно краснеет его друг, когда итальянцу приходит в голову идея пообниматься. - И они с Ловино совсем разные, мой брат не любит чужаков, он ужасно вспыльчив, громко и неприлично ругается, с ним тяжело общаться, пожалуй, только я знаю, о чем он думает и то не всегда... - Феличиано вздохнул. - Но вообще-то он хороший, правда-правда! - тут же разулыбался итальянец. - Ах, да... бумаги... где же я их дел?
С этими словами Феличи направился в спальню. Остановившись посреди комнаты, младший Варгас огляделся. Но документы не были обнаружены ни на одной из тумбочек.
Ох... надеюсь, я их случайно не выкинул... Людвиг наверно разозлиться, если я их не верну... Может под кроватью?
Плюхнувшись на мягкую постель, итальянец стал шарить рукой по полу, все сильнее свисая с кровати и заглядывая под нее.

+1

24

"Между что-то есть, что ли? Святой Бог, как же Феличи мил, когда сентиментальничает!"
Гилберт с совершенно идиотской улыбкой проводил взглядом младшего итальянца и остался на кухне в гордом одиночестве. Губы Байльшмидта тут же искривилась в хищном оскале.
Что было привлекательнее: как можно скорее прочитать то, что написано в бумагах брата, или хорошенько облапать Варгаса, пока никто не видит и не может дать подзатыльник? Немец решил, что эти два занятия можно легко совместить. А заодно понаблюдать за тем, как итальяшка будет при нём нагибаться в поиске бумаг.
- Ну... Лю так поспешно уходил в прошлый раз и выглядел он таким взволнованным...
— Наверное, это было реально что-то важное. Может, босс решил вызвать, может, коллеги попросили помощи или у подчинённых возникли проблемы... Знаешь, Феличи, когда-нибудь эта работа его попросту угробит, — Гилберт постучал пальцами по столу. — Но я приложу все усилия, чтобы этого не случилось.
Байльшмидт наблюдал за Варгасом с явным сожалением - чёрт побери, как же ему шли эти косынка и фартук!
— Милый? Милым он был в детстве, когда я ему сопли подтирал, коленки зелёнкой замазывал и сказки на ночь читал. Этот засранец, кстати, очень любил залезать ко мне в кровать, потому что, видите ли, боялся темноты! — немец насмешливо фыркнул, вспоминая милые сердцу моменты из детства. — А сейчас он испортился, стал серьёзным, строгим и лишился чувства юмора, как ты правильно заметил. А ещё он жутко смущается, когда я кому-то начинаю рассказывать о тех временах, когда он был мелочью сопливой. Вот дурак, правда? Я же не рассказываю о том, как он ходил на горшок! Э-эй, Феличи, ты меня не слушаешь?!
Сорвавшись с места, Гилберт пулей ринулся в спальню за мальчишкой.
— Так вот, на чём я остановился?.. Ах да, горшок... Людвиг последний раз дул в штаны то ли в два, то ли в три года, если я не ошибаюсь. А ещё он с малолетства после туалета руки моет. И меня заставляет, — он с интересом наблюдал за итальянцем, заведя руки за спину. — Не нашёл?

Отредактировано Gilbert Beilschmidt (2011-05-13 21:27:25)

0

25

Роясь под кроватью в поисках важных, в этом Феличиано не сомневался, бумаг Людвига, итальянец пропустил мимо ушей половину всего сказанного Гилбертом, но несколько важных фраз он все-таки уловил и поспешил на них отозваться.
- Знаешь, Феличи, когда-нибудь эта работа его попросту угробит, но я приложу все усилия, чтобы этого не случилось.
Младший Варгас чуть взволнованно вздрогнул и сел на кровати, обернувшись к дверному проему, где Гил еще не успел появиться.
- Ох, Лю так много работает... Целыми днями сидит за этими бумажками! Иногда мне кажется, что он совсем из офиса не выходит и ночует тоже там! Так же нельзя... Нужно ведь и отдыхать! Последний раз, когда я вытащил его погулять, он даже не отключил телефон, и мне пришлось его выкинуть, потому что он постоянно звонил! Мы даже не могли поговорить нормально! Лю, правда, ужасно злился, но я пообещал накормить его обедом, и он успокоился. А когда мы пришли ко мне, выяснилось, что у него два телефона! И через двадцать минут он сбежал, да еще и бумаги забыл... так и не поел, и я даже не получил от него поцелуй в щеку, как обычно! - выдал итальянец на одном дыхании и даже почти всхлипнул расстроенно под конец, но удержался. Облегченно вздохнув от того, что высказал кому-то свое негодование и мысленно пообещав себе в следующий раз обыскать Людвига и выкинуть все телефоны, чтобы друг наконец мог расслабиться, Феличиано снова свесился с кровати, дабы вернуться к поискам бумаг.
- Этот засранец, кстати, очень любил залезать ко мне в кровать, потому что, видите ли, боялся темноты!
Нечто знакомое было в словах Гила и Феличи вновь отвлекся от бумаг, а затем обратил взгляд на появившегося в комнате немца.
- Правда? - глаза итальянца блестели, - А я тоже так делал в детстве, я очень часто спал с Лови в одной кровати, хотя он страшно ворчал каждый раз, когда я приходил, - с улыбкой проговорил младший Варгас, а затем, чуть покраснев, опустил взгляд, - Просто... я не могу спать один... Я тогда плохо засыпаю и мне снятся кошмары, поэтому я каждый вечер звоню Тоньо и разговариваю с ним допоздна, пока совсем не начинаю отключаться, так мне кажется, что рядом кто-то есть... - добавил Феличи негромко, потому что это были очень личные подробности его жизни, но он доверял Гилу и не считал, что делиться с ним своими переживаниями - плохо.
— Не нашёл?
- Ой... - итальянец тут же опомнился и отвернулся от Гилберта, встал коленями на кровать, одной ладонью уперся в постель, а второй потянулся к тумбочке, чтобы достать карманный фонарик, так было бы проще искать. Затем младший Варгас в очередной раз свесился с кровати, направляя тонкий луч света под нее, и там вроде мелькнуло что-то белое, похожее на бумажный конверт.
- Так... кажется, нашел... - прокряхтел Феличи и, нащупав рукой бумаги, вынул их на свет Божий. Сдув с них пыль и слегка закашлявшись, итальянец улыбнулся. - Да, это они, я спрятал их в самое надежное место! - гордо заявил Феличиано и сел на краю кровати поближе к Гилу, протягивая ему бумаги.

0

26

- Да, дело определённо дрянь, - задумчиво изрёк мужчина. - Я тоже пытался бороться с его телефонами. Я их отключал, прятал, запирался с ними в комнате... Люц догадливый - всегда понимал, куда я девал его игрушки. У него, по-моему, только на работу и встаёт... Спал в одной кровати с Лови? О-о-о, это чертовски мило, Феличи!
Байльшмидт улыбнулся. Когда Гилберт был помоложе, он, болея, проделывал то же самое с Людвигом - либо старался заболтать брата, засыпая, либо заставлял младшего сидеть у кровати и разговаривать с ним до тех пор, пока старший не уснёт. Простуда у немца почти всегда характеризовалась двумя критериями: капризностью до неприличия и чувством острой нехватки внимания со стороны окружающих.
"Ненавижу, когда Люц комментирует моё состояние, пока я болею".
- Если хочешь, можешь звонить и мне - ведь у Антонио могут быть какие-то неотложные дела, - Байльшмидт взял конверт в руки, продолжая улыбаться. - Надёжное? Под кроватью? Теперь я буду знать, где ты спрячешь чей-то труп в случае чего, Феличиано Варгас!
Засмеявшись, Гилберт отбросил бумаги в сторону и резко повалил итальянца на кровать. Склонившись над его лицом, немец быстро укусил мальчишку за нос и отстранился, убирая со лба растрепавшуюся чёлку.
- Феличи, ты чудо. Спасибо, что хранил их в ценности и сохранности. Проводишь меня?

0

27

Феличиано внимательно слушал рассуждения Гилберта о брате и чуть улыбался. Забавно было наблюдать за тем, как немец задумчиво описывал трудоголика Людвига, но при этом с трогательной братской заботой. Феличи понимал его как никогда. Итальянец до сих пор не мог поверить, что Ловино притащился на эти далекие острова только ради него. Чтобы вернуть домой. Варгас не сомневался, что брат соскучился, но естественно Романо никогда в этом не признается, по крайней мере сразу.
- У него, по-моему, только на работу и встаёт...
Услышав неожиданный обрывок фразы, Феличиано смущенно кашлянул и ощутил как вспыхнули щеки.
Он так легко говорит эти смущающие вещи... Впрочем, Гилберт всегда такой был...
Подумал Феличи, чуть улыбаясь. Хотя, с другой стороны, слова немца были не далеки от истины. Когда бы итальянец не звонил Людвигу, он постоянно был занят. Поэтому приходилось мешать ему своим присутствием у него в офисе или дома, так Лю хотя бы не на долго, но отвлекался от работы. Варгас часто бывал близок к тому, чтобы обидется на сурового немца, тот слишком мало уделял ему внимания, хотя, Феличи всегда полагал, что они друзья... а может даже более чем... Учитывая обстоятельства при которых они познакомились. Людвиг до сих пор не знал о том, что девушка, которую он спас от разбитых коленей на площади Сан-Марко, на самом деле была и не девушкой вовсе. Но Феличи предпочитал об этом молчать.
На предложение о звонках, итальянец радостно кивнул.
- Хорошо! - с готовностью отозвался он. За что Феличиано любил Гилберта, так это за практически постоянную готовность немца составить ему компанию. Это было приятно. Да и сам Феличи частенько скучал по Байльшмидту. Теперь у него был повод еще и звонить ему.
- Надёжное? Под кроватью? Теперь я буду знать, где ты спрячешь чей-то труп в случае чего, Феличиано Варгас!
- Зачем мне дома трупы? Я предпочитаю не оставлять следов, поэтому закапываю их или сжигаю, - на губах итальянца мелькнула загадочная улыбка, затем он рассмеялся. - Неужели я похож на того, кто может кого-то убить? - Феличи, игриво надул губы, в шутку обижаясь.
- Феличи, ты чудо. Спасибо, что хранил их в ценности и сохранности. Проводишь меня?
Оказавшись на кровати под немцем, Варгас удивленно моргнул, затем вспыхнул, это было как-то очень уж интимно. Ощутив укус за кончик носа, захихикал.
- Эй, я тоже так могу! - подавшись вперед и обняв Гилберта за шею, итальянец сперва потерся о его нос своим затем легонько чмокнул немца в губы. Лучезарно улыбнулся. - И не за что, рад был помочь. Конечно я тебя провожу, ты ведь к Лю, да? Я был бы рад его увидеть. - проговорил Феличи и стал пытаться осторожно выползти из под Гила.

0

28

О нет. Нет-нет-нет. Лучше бы Феличиано не делал таких смелых действий.
Ощутив прикосновение теплых и очень нежных губ к своим, Гилберт резко залился смущенной краской и отвёл глаза. Да, Байльшмидт был крут - круче, наверное, были только яйца феникса, если они их, конечно, откладывают. Он не знал слова "скромность" при знакомстве с девушками, развязно вёл себя с друзьями, легко соглашался на спонтанный секс и вёл разгульный образ жизни, но мужчины и Феличиано - это особый случай.
Гилберт яро выступал против гомосексуальных отношений. Секс с представителем своего пола вызывал у немца брезгливость, но... Он неоднократно оказывался в постели со своими друзьями - чаще всего с Францией, конечно. С Людвигом у Байльшмидта тоже много чего было - Гил до сих пор со стыдом вспоминает случай в баре, когда он, напившись, сначала закатил крупный скандал младшему брату, затем потребовал поцелуй в засос, а затем... Что было затем, немец помнит смутно. Зато он отлично запомнил следующее утро, боль по всему телу и гадкую ухмылочку братца, попивающего кофе как ни в чём не бывало.
Секс с представителем своего пола будоражит и пугает одновременно. Гилберт знает, что это плохо и "не по-мужски", но при этом он не может ничего с собой поделать - когда до него дотрагиваются исключительные парни, Байльшмидта начинает здорово колотить, сердцебиение учащается, а щеки заодно с ушами горят так, как не горела его задница после первой ночи с мужчиной.
- Феличиано, я... - Великий и прекрасный запнулся, во все глаза наблюдая за растянувшимися в улыбке губами итальянца. - Ага, к нему.

0

29

"но мужчины и Феличиано" --- ты меня прям выделил, как это мило :3 только, что-то мне подсказывает, что ты опять хочешь напомнить мне, что я не мужик! >> х)

- Ну... тогда пошли! - радостно возвестил Феличи, получив подтверждение и так вообщем-то очевидному факту. Не ушло от глаз итальянца и то, как покраснел Гилберт. Это было ужасно мило и  Варгас не мог этого не отметить. - Ты такой милый, когда смущаешься! - захихикал Феличиано и перевернулся с немцем на кровати, оказываясь сверху. Снова легонько чмокнул его в губы. Феличи никогда не видел в этом ничего предосудительного. Целовать представителя своего пола было для него так же естественно, как целоваться с какой-нибудь прекрасной девушкой. Просто итальянец влюблялся не в девушку или парня, а в человека, а какого пола этот человек, это было уже не так уж и важно. Во всяком случае, Феличиано считал именно так. - Если мы так и будем валяться на кровати, мы отсюда не уйдем! - проговорил младший Варгас и сполз с Гила, встал с кровати и жестом позвал немца за собой. - Пойдем скорее, Лю наверно заждался! - нащупав в кармане запасную связку ключей, Феличи направился к дверям. За Романо он не переживал, ведь тот был с Тоньо, а испанцу Феличиано беззаветно верил. Потому что их связывало нечто большее, чем просто дружба, ведь Антонио проводил с итальянскими братьями куда большее количество времени, чем даже их родная семья.
Надо бы потом позвонить Лови... Интересно, он останется ночевать у Тоньо или вернется домой? Лучше бы остался у него... Я хочу чтобы они помирились... Ведь братик так несчастен, хоть и не признается...

-------------> Кафе-кондитерская «Algo Pequeñito»

0


Вы здесь » hetalia: detestable letters » .остров "Восточный" » Квартира Феличиано (+ Ловино)